В пражских изданиях 1517–1519 годов Франциск Скорина предпосылал почти каждой библейской книге собственное предисловие — и писал их от первого лица, что для кириллической печати того времени было почти неслыханно. Издатель не прятался за анонимным «сия книга напечатана», а прямо обращался к читателю, объясняя, зачем нужна именно эта книга и как её читать.
Исследователи видят в этом не тщеславие, а издательскую стратегию: предисловия выполняли функцию навигации по незнакомому тексту для мирского читателя, не связанного с монастырской традицией толкования. Скорина объяснял историю книги, её практическую пользу — вплоть до советов, к какой главе обращаться при конкретной жизненной надобности.
Именно это авторское присутствие — редкость для инкунабульной кириллицы — делает предисловия Скорины отдельным предметом изучения, независимым от собственно библейского текста.